В Александрии была одна женщина, по имени Ипатия... Она очень часто беседовала с Орестом, то ее обращение с ним подало повод к клевете, будто бы она не дозволяла Оресту войти в дружбу с Кириллом. Посему люди с горячими голосами под начальством некоего Петра, однажды сговорились и подстерегли эту женщину. Когда она возвращалась откуда-то домой, они стащили ее с носилок и привлекли к церкви, называемой Кесарион, потом, обнажив ее, умертвили черепками, а тело снесли на место, называемое Кинарон, и там сожгли. Это причинило немало скорби и Кириллу, и александрийской Церкви, ибо убийства, распри и все тому подобное совершенно чуждо мыслящим по духу Христову. - Сократ. Церк. история 7,15.
Однако, русский перевод оказался искажающим текст Сократа. По переводу выходит, что Кирилл скорбел о том, что его паства поступила не по евангельски.
Однако «скорбь» — это некорректный перевод греческого слова μῶμος, «хула, порицание, позор». В латинском переводе стоит probrum с тем же смыслом хулы и срама.
Значит, фразу Сократа Схоластика Τοῦτο οὐ μικρὸν μῶμον Κυρίλλῳ καὶ τῇ Ἀλεξανδρέων ἐκκλησίᾳ εἰργάσατο лучше перевести так: «Это навлекло немалую хулу не только на Кирилла, но и на Александрийскую церковь [в целом]».
То есть Сократ ничего не сообщает о реакции Кирилла на убийство и тем паче о его пастырской скорби. Если она и была - то только о своем плохом пиаре.
Св. Кирилл очень не любил св. Иоанна Златоуста. Но вот в чем они были похожи - оба спокойно смотрели на преступления своей паствы (Иоанн - на сожжение семей готов-ариан в их собственном храме). От обоих дошли многие тома их речей. И ни в одном из них нет ни строчки, осуждающей именно эти убийства.
Что причинило немало скорбипоследующим апологетам.
Ну, а мне приходится отказаться от моей собственной былой апологии св. Кирилла Александрийского.
Нет, это еще не доказательство его прямого участия в этом убийстве. Это просто крушение единственного анти-доказательства.
Хотя позднейший хронист Иоанн Малала прямо его в этом обвиняет:
пять верхних строчек говорят о прямом разрешении Кирилла на казнь:
episcopo suo freti licentiam quidvis agendi sibi sumentes vivam cremiis combusserunt
https://books.google.ru/books?id=qiERAAAAYAAJ&pg=PA523&hl=ru&source=gbs_toc_r&cad=3#v=onepage&q&f=false
Конечно, Малала - антиохиец (там египтян не очень любили) и жил он почти сто лет спустя после событий. Но по его словам видно, какой осадочек остался.
В самом Египте среди людей, подчеркнуто считавших себя последователями именно Кирилла (т.е. среди позднейших монофизитов) это убийство считалось подвигом благочестия (коптский епископ Иоанн Никиусский в конце 7 века открыто восхвалял убийцу Гипатии чтеца Петра как «превосходного во всех отношениях последователя Иисуса Христа (Chron. 84. 103)
https://www.academia.edu/40630017/_%D0%9B%D1%8E%D0%B4%D0%B8_%D0%B2_%D1%87%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%BE%D0%BC_%D1%85%D1%80%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%B0%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5_%D0%BC%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D1%85%D0%B8_%D0%B2_%D0%B7%D0%B5%D1%80%D0%BA%D0%B0%D0%BB%D0%B5_%D1%8F%D0%B7%D1%8B%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9_%D0%BA%D1%80%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B8_Men_in_Black_early_christian_monks_in_the_mirror_of_pagan_criticism_RUSSIAN
Может быть, и А. Л. Дворкин исправит свои «Очерки по истории Вселенской Православной Церкви»: Многие историки обвиняют в этом Кирилла, но нет ни малейших доказательств того, что это убийство произошло с его ведома и одобрения. Скорее всего, нет, ибо, при всем своем горячем темпераменте, он был против ничем не спровоцированного самосуда толпы.
Во-первых, самосуд толпы наверняка был чем-то мотивирован (эти мотивы могут быть дикими, суеверными и т.п., но это мотивы).
Во-вторых, даже Сократ полагает, что тут дело в политике (Ипатия мешала дружбе Кирилла с префектом). А это может быть тем самым мотивом (правда, не у толпы, с которой вряд ли фараон Кирилл делился своими сложностями, а у Кирилла).
В-третьих, у нас, оказывается, нет свидетельств о том, что Кирилл был против. И вновь скажу: Кирилл Алекс.- человек публичный, почитаемый, много говоривший и писавший, причем многотомье его трудов прекрасно сохранилось. И то, что в этом многотомье нет ни строчки с осуждением чтеца Петра, что-то важное говорит о реальном отношении св. Кирилла к этому убийству.
