Читайте в приложении для iPhone и Android

Своим - все, чужим - канон

Андрей Дорогобид стал священником в 2005 году. До этого он служил в ОМОНе. В Братске Дорогобид много лет руководит секцией практической стрельбы и продолжает проводить тренировки после принятия сана. Сейчас 46-летний настоятель совмещает тренерскую деятельность (обучает стрельбе) со служением в городском храме, поставленном во имя святителя Иннокентия Московского.

В ноябре 2022 года Дорогобид уехал добровольцем на войну. В разговоре с ЛБ он рассказал, что ему предложили быть на фронте инструктором. Священник добавил, что он «вёл занятия по огневой подготовке на передовой», а также «неоднократно выполнял боевые задания и участвовал в штурмах укрепрайона». Он не стал отвечать, стрелял ли в противника. «Лучше не задавать такие вопросы», – сказал священник. На войне Дорогобид получил медаль «За отвагу».

Настоятель прислал журналистам ЛБ несколько своих военных фотографий. На одной из них он сидит в люльке трёхколесного мотоцикла. Мотоцикл выкрашен в бежевый цвет, на нём – буква Z. Сам Дорогобид одет в камуфляж, на голове – каска, на ноге – берцы, на правой руке – белая лента (отличительный знак российских военных). Священник держит руку на винтовке.

В Иркутскую область священник вернулся в марте 2023 года. Он продолжил работать в храме, поставленном во имя святителя Иннокентия Московского. Например, в День Победы, 9 мая, Дорогобид отслужил утреннюю литургию и молебен «О даровании победы русскому народу». А 11 августа в городском соборе Рождества Христова отслужил литургию вместе с епископом Братским и Усть-Илимским Константином.

"Люди Байкала" обратились за комментариями и к митрополиту Максимилиану, и к епископу Константину. Максимилиан ответил: «Архиереям звонить на мобильный не принято» и положил трубку.

Епископ Константин ответил, что рассмотрел дело Дорогобида. «Я не нашёл никаких препятствий для продолжения служения отцом Андреем в приходе, где он и служил», –заявил Константин.
https://baikal-journal.ru/2023/08/29/esli-svyashhennik-vzyal-v-ruki-oruzhie-eto-ni-o-chyom-ne-govorit/

Читаем канон:

83 апостольское правило
"Епископ, или пресвитер, или диакон, который упражняется в воинском деле, и хочет удержати и то, и другое, то есть, римское начальство и священническую должность: да будет извержен из священного чина. Ибо кесарю кесарево, и Божие Богу"

Тут даже неь речи об убийстве. Тренироваося сам и тренировал других - значит "упражняется в воинском деле".


***
Ксения Лученко в фб:
Мне на днях позвонили из медиа "Люди Байкала", попросили прокомментировать их прекрасный текст о суевериях на войне. Я начала его читать, дошла до православного попа и опешила. Говорю журналистке: "Вы наверное не так поняли, он не мог участвовать в боях - либо он капеллан, либо лишен сана". Она ответила: "Но он мне так сказал". И мы начали проверять.
Короче, либо я в бреду, либо факт таков: православный священник воевал, стрелял, "штурмовал укрепрайон", фотографировался на мотоцикле с оружием, а потом просто обратно приступил к служению. И это вообще никого не парило, пока не позвонил журналист.
Священникам нельзя охотиться, работать оперирующими хирургами. Если они виновны в аварии или пролили кровь, защищаясь, их лишают сана. Так было до 22-го года, видимо. Война списала и каноны, и заповеди.
Из текста "Людей Байкала" можно узнать много интересного. Например, что «Архиереям звонить на мобильный не принято».
Или вот журнал Синодального отдела по связям со СМИ и обществом "Фома" осенью 22-го года опубликовал официальный комментарий, что священник «Не может брать в руки оружие, потому что, если убьет человека, даже случайно, подлежит извержению из сана». А в августе 23-го в этом же Отделе ответили «У священника есть совесть, а также священноначалие".
Ещё, оказывается, участвовать в боях можно, нельзя только стрелять на поражение. Они б ещё сказали, что нельзя в штыковую атаку. То есть, главное - не видеть, кого убиваешь, тогда несчитово.
Или вот митрополит Ставропольский Кирилл, председатель Синодального отдела по связям с Вооруженными силами, говорил, что скорее всего священники, ушедшие добровольцами, не смогут "продолжать церковную деятельность", а "Может быть, он всё бросил и без благословения уехал, это уже наказуемо".
Но Иркутский митрополит Максимилиан и Братский епископ Константин считают иначе!
Какое разномыслие. Вот уж "во второстепенном свобода, во всём любовь". С автоматом Калашникова.


Андрей Кураев
Читайте в приложении для iPhone и Android